Анатолий Петрович Лукьянчиков

                              СОВЕРШИЛ НЕВОЗМОЖНОЕ…

 

         Более 120 горожан, во главе с инициатором- автором этих строк,  обратились  к главе города  с просьбой   переименовать 2-ой  Трубчевский  проезд в Советском районе  города Брянска в « проезд сержанта Лукьянчикова», или назвать в честь его новую улицу в этом же районе. На заседании комиссии по топонимике и установке мемориальных досок, памятных знаков в городе Брянске автор этих строк рассказал  о боевом пути юного героя  Великой Отечественной войны Анатолия Лукьянчикова. Комиссия единогласно решила назвать одну из новых брянских улиц его именем. И  в 2017 году в Брянске, правда, в Бежицком районе, появилась такая улица.

           У подростка Анатолия Лукьянчикова была  « бронь» военного завода:  мог бы всю Великую Отечественную войну пробыть в  глубоком тылу;  в 15 лет  сбежал на фронт, добровольцем участвовал в Московской битве; ему не было еще и 18-ти, а он, командир  противотанкового  орудия, совершил  свой  первый подвиг в Корсунь-Шевченковской  операции(«котле»),  которую военачальники, историки, писатели   по праву называют « Сталинградом на Днепре»; тяжело был ранен; потом освобождал Украину  и Польшу от фашистов; участвовал в штурме города Бреслау, других городов Германии.  Самое обидное то, что,  находясь на передовой, в окопах,  где мог бы погибнуть в любое мгновение,  трижды « пережив» ранения и  контузии, Анатолий всю войну не знал , что он за мужество и героизм в Корсунь-Шевченковской операции был награжден Орденом Славы …

           У  гвардии старшего сержанта А. П. Лукьянчикова ( 28.2.1926 – 5.7.2003) - два ордена Славы, орден Отечественной войны 1-ой степени, две медали «За отвагу», другие- « за освобождение», «за взятие»… Благодарности Главнокомандующего И.В. Сталина… Он был  добровольцем-пехотинцем, механиком-водителем танка, артиллеристом-командиром орудия, разведчиком, помкомвзвода  военной разведки…Немало  и мирных наград, включая  звание « Почетный  работник автотранспорта РСФСР». Его фотография «не сходила» с Доски Почета Брянской области.

          Мы с Анатолием Петровичем  работали   в  гособъединении  «Брянскавтотранс»: он - водителем в автоколонне №1470 (свыше 40 лет!), я – корреспондентом газеты «Автомобилист».Часто  встречался с ним, много писал о его работе: опыт  Анатолия Петровича  распространяли  по всей Руси Великой и по СССР: он  каждый год был  первым и в своей гражданской профессии. Победителем Всероссийского  и Всесоюзного соцсоревнования. Ударником комтруда. Наставником. Водителем от Бога - без аварий…

         А  проживал   с семьей  по вышеуказанному проезду, в деревянном, зимой нахоложенном  домике №18,  построенном после войны пленными немцами(стены такие: между двух тесин- прессованная бумага…), никогда, до конца дней, не прося у властей благоустроенную квартиру.

         Однажды  мы проговорили у его домика, в  саду, с утра до ночи; мне удалось

« сбить» сверхскромного, больше  молчаливо- задумчивого Анатолия Петровича на словоохотливость: он начал вспоминать  свои фронтовые годы, а я  украдкой – записывал... Удалось, наверное, потому, что это  было 9 Мая- в День Победы. В самый дорогой, святой для него праздник ! Показал он мне потом и все свои ордена, медали, все боевые документы…И – книгу Героя Советского Союза, генерал-полковника артиллерии,  командующего артиллерией 2-го Украинского фронта, профессора Н.С.Фомина, в которой на странице 106 сказано: «… Орудие сержанта Лукьянчикова  в течение  целых суток  отражало атаки немцев с двух противоположных сторон – около орудия было подобрано более 100  убитых немцев…».

           --Да вам же звание Героя положено,-- во время беседы не выдержал  я, проникаясь еще более личным, живым  уважением. И, кстати, – двоим из его артполка за точно такие же подвиги  дали Героя…

        -- Что звание?! Сколько ребят полегло…Часто их вспоминаю: все- в душе…живые…Политиками, историками  много о войне умолчано… Солдат простой, такой, как я , живым был на передовой не больше недели…

                                                                         ***

                                                              

                                                                    2.

             По родословной он – с Орловщины, из Урицкого района, из села Лукьянчиково. Кровные-близкие  его - пахари, да  ставили  избы, кузнечили, бортничали… Были и мастерами по каменному делу. Умели всё.  А войны, во все века,  сзывали их к общей силе, и  враги Отчины  умывались кровавыми слезами. Еще до 1917-го   отец нашего героя - Петр Гаврилович, мастак  плотничать и столярить, переехал из села в Брянск, и досталась ему по судьбе  видная, степенная Александра Стефановна, явившая на белый свет трех дочерей, двух сыновей. На таких-то семьях и держалась трудовая Россиюшка, не  гибла.Анатолий, с 1926-го, в свои семь лет выглядел намного старше. Сообразителен, умен. Его сразу – во второй класс. А после брянской семилетки №7 – в ремесленное

( потом это - ГПТУ №2 на Покровской  горе). Здесь на «отлично» освоил токарно-фрезерное дело. После диплома оставили мастером в училище. А тут война. Всех специалистов из ремесленного-  на военный завод под Новосибирском

            Помните фильм «Два бойца», в котором играл Борис Андреев. Вот таким богатырем был и пятнадцатилетний Анатолий. Стокилограммовую штангу выжимал без особых усилий. То и дело парень надоедал начальству: « Отпустите на  войну». Но слышал неизменное : « Ты- «бронь»… Ты нужен тут…». В октябре 41-го -- первый побег на фронт. С « товарняка»  сняли, вернули   на завод  - вытачивать снаряды. В  начале ноября  41-го с двумя друзьями, вопреки расстрельным угрозам, снова решил добраться до передовой,  в воинском эшелоне. В поезде их задержали. Но командир части, которую спешно перебрасывали из Сибири  на фронт, заступился за ребят, взял к себе.

          В  ноябре- декабре 41-го доброволец Лукьянчиков  -  в  тяжелейших, жестоких боях  под Москвой. Вскоре  воинскую часть скрытно перебрасывают под Воронеж. 20 января 42-го  Воронежским горвоенкоматом Анатолия, которому не было еще и 16-ти лет,   уже законно призывают в  действующую армию. Через 10 дней  принимает военную присягу. Кратковременные курсы , и механик-водитель Т-34, рядовой Лукьянчиков  сражается с фашистами в составе 50-й танковой бригады. Юный Анатолий  соблюдал маскировочную дисциплину, показал навыки  вождения  танка в условиях сложной обстановки и местности. Он быстро  научился  наступать и отражать удары  фашистов. Давил орудия врага…Но… танк был подбит, загорелся, ранение в ногу, и – прощай Т-34…

             После госпиталя  - в 438 истребительный противотанковый артполк 4-й гвардейской армии 2-го Украинского фронта, участвовавший в  уничтожении врага в Корсунь-Шевченковской операции  ( 24 января- 17 февраля 1944-го). Фельдмаршал  Манштейн, который не смог деблокировать  окруженную армию Паулюса под Сталинградом, на сей раз решил создать сильную танковую группировку и  танковыми ударами  прорвать фронт окружения. Гитлер – генералу Штеммерманну: « Можете положиться на меня, как на каменную стену. Вы будете освобождены из «котла», а пока держитесь  до последнего патрона…».

            К 15 февраля  1944-го деблокирующие немецкие войска обессилили. Помощь извне не пришла.  С отчаянием обреченного враг решил  предпринять в ночь  на 17 февраля  последнюю попытку вырваться из котла, в направлении на Лысянку.  В первый прорывающийся эшелон входили  72-я, 112-я  немецкие пехотные дивизии и танковая дивизия СС « Викинг».За танковыми частями, под прикрытием штурмовых орудий  и автоматчиков, вырывалось из « котла»  командование окруженной группировки – штабы соединений   , офицеры( до командиров полков).  Приказ командующего  2-м Украинским фронтом И.С.Конева: « Немедля один  ИПТАП ( истребительно- противотанковый  артполк – Н.П.) поставить в ПТ (противотанковый-Н.П.) р-н в районе отм. 239,0, что на 1 км южнее Джурженцы (  село Журженцы ,Лысянского  района, Черкасской области- Н.П.).Задача этого ПТ р–на: не допустить  прорыва танков на восточную окраину на соединение с окруженной  группировкой противника …».

           -- Именно нашему 438-му артполку  и было приказано оборонять самую главную  высоту 239,0,- поведал мне Лукьянчиков.- Полк, совершив 60-километровый марш в непогоду, занял на высоте круговую оборону. До этого  нас мучили  бездорожье, непролазная грязь, туманы, мокрый снег, дожди; к  середине февраля – сильно похолодало, нескончаемый густой снегопад, а  16-го февраля из-за  ужасной снежной бури все исчезло  и из глаз, и из-под ног. Сугробы- больше метра!  Для всех  это – страшное бедствие:  и движение частей затруднено, и подвоз необходимых средств. Ядреный

 

                                                                       3.

русский мат артиллеристов сотрясал воздух – для выхода гнева. Все промокли до нитки, а –  весело в душе, как будто все мы – Василии Теркины…

           

        Командир орудия, сержант Лукьянчиков  возмечтал через  «каких-то 11 дней» отметить, со своим расчетом прямо на позиции, свое 18-летие. 

        --17 февраля 1944-го, утром, до 1500 фашистов устремились  на рубеж  обороны  нашего полка, с танками и бронетранспортерами, ведя и автоматно-пулеметный огонь,- продолжал вспоминать Анатолий Петрович.- Наше орудие, как и другие орудия, без пристрелки в упор  открыло огонь по фашистам. Враги гибли, но продолжали атаку, с маниакальным упорством пытаясь вырваться из «котла». До 300 гитлеровцев  вплотную приблизились к нашим позициям, командир полка, подполковник  Василий Корнеевич Новиков приказал: «Огня не прекращать, оставить  у орудий по два человека, остальным отбивать атаку  ручным оружием!».На отдельных участках – рукопашные схватки! На высоте много  немецких трупов… И так- весь день. Стало темнеть.  Кончались снаряды. Командир полка собрал  на опорном пункте всех разведчиков, связистов, шоферов и огневиков батарей, которым уже нечем было стрелять, и подал команду: «Приготовиться к атаке! За мной! Ура-а!». Фланговые батареи плотным огнем поддержали атаку. Новиков и сам  -  в рукопашной схватке на склоне высоты! В этом бою он лично уничтожил 47 фашистов, получил второе тяжелое ранение, но оставался в строю… Василию Корнеевичу  - звание  Героя …

            17-го февраля, в пургу, под покровом темноты, многочисленные группы фашистов вместе с танками  напоролись на орудие  старшего сержанта А.Е Харитонова – лучшего друга  Лукьянчикова.  Расчет открыл ураганный  огонь  - из орудия  и автоматов, уничтожив свыше 100    гитлеровских солдат и офицеров, да еще отбив у врага крупный обоз. За этот подвиг  Харитонову – Героя…Около орудия  другого друга  Лукьянчикова -  сержанта  Гавриленко – целая  гора побитых в рукопашной немцев, несколько трупов – даже на станинах орудия…

           То   прямо в лоб, то  обходным маневром, с  противоположной   стороны,  обезумевшие фашисты лезли и лезли на  позицию расчета Лукьянчикова. Как призраки из пустоты, возникали их заснеженные фигуры. Бойцы  их  били, а они  все шли, все возникали из бурана. С методичностью лунатиков, стреляя, падая, погибая… Да сколько же вас, духов вражьих?! Целые сутки орудие Лукьянчикова уничтожало врагов. Кончились снаряды. Весь его расчет погиб, остался он один.  И -  Анатолий, израненный, косил фашистов из автомата, рубил лопатой… Десятки осколков впились ему в правую ногу. Истекая кровью, контуженный, он упал без сознания… Около его орудия  было  более 100 убитых гитлеровцев.

          За день боя  438-й артполк  уничтожил до 3500  фашистов, пленил 200 человек. В  ходе прорыва был убит командующий  окруженной немецкой группировки генерал от артиллерии Вильгельм Штеммерманн.

          --  Всего со стороны противника,-  анализировал потом  командующий 2-м Украинским фронтом И.С. Конев в  своих «Записках командующего фронтом»,- на внешнем  и внутреннем фронтах участвовало около 26 дивизий , в том числе 9 танковых, крупные силы авиации, много артиллерии. Вся эта группировка гитлеровцев в ходе боев была почти  полностью разгромлена нашими  войсками… Путь  за Днепр был открыт… В этой битве  нашли свое полное отражение внезапность, сокрушительность ударов, широкое маневрирование, выход на тылы, быстрота  действий войск, их перегруппировка, упорство в обороне, настойчивость в наступлении… После операции, будучи  на командном  пункте у  П.А. Ротмистрова, в деревне Моринцы, родине Тараса  Шевченко, я прилег отдохнуть.  Усталость сморила и  Павла Алексеевича. И вдруг --голос Левитана :  указ о присвоении мне звания Маршала Советского Союза, Ротмистрову -  маршала бронетанковых войск. У Ротмистрова оказалась бутылка портвейна, и мы хоть и скромно, но с большим удовольствием  отметили  это большое событие  в нашей жизни…  На второй же день самолетом мне доставили  маршальские погоны, присланные Маршалом Советского Союза Г.К.Жуковым. Это было и внимание, и  поздравление, и бесценный подарок… Корсунь-Шевченковская операция («котел»)  убедительно показала, что Красная Армия полностью овладела высшей формой оперативного искусства – искусством  окружать и уничтожать противника. После Сталинградской битвы была второй большой операцией на окружение…

                                                                    4.   

 

          Корсунь-Шевченковская операция («котел») вошла во все военные энциклопедии мира.                                                              *  *  *

            …Санитары  потрогали «мерзлого», засыпанного снегом Анатолия Лукьянчикова- никаких признаков жизни. Потрогали пульс – едва-едва уловимый, слава Богу, живой! Очнулся в  полевом госпитале.  Видит: прямо на полу  длинного помещения – сотни раненых. Стонущих от невыносимой боли. Кричащих в бреду. Умирающих. Все- в окровавленных бинтах. Главвоенврач, подполковник  медслужбы, со своей командой, делал  обход, быстро переходя от  одного  лежащего раненого к другому.  Анатолий только и слышал  его  приказной голос: «  Срочно ампутировать… ампутировать… ампутировать…». Подойдя к нему,  главвоенврач, увидя  молчащего Лукьянчикова ,бойца богатырского сложения, стиснувшего зубы, сказал тоже самое: « Срочно ампутировать!» Сказал – как отрезал.  И – резать надо было : угроза  гангрены.  А может, гангрена уже и начиналась?! Анатолий зарыдал.

          - Что  ты, боец, плачешь?- замедлил обход  главвоенврач.

          -А кому  я … нужен… в 17-ть лет… без ноги… - выдавил сквозь слезы Анатолий.

          - Не может быть?

          Тут же проверили документы. Действительно, Лукьянчикову было полных 17-ть.

         -Срочно  в операционную…

         Более четырех часов опытнейший  военный хирург « собирал»  правую ногу  Анатолия, взяв у убитого бойца «запасные части»… После операции Лукьянчиков  был в затяжном подавленном  состоянии. Главвоенврач – во время очередного обхода:

        - Ну, что, боец, не весел?

        - Не хочется жить … хочу умереть…

        Главвоенврач  не  стерпел:

        - Пока  я  свыше четырех часов спасал твою ногу, за это время  умерли  от ран несколько  бойцов, а я бы , если бы не твоя операция, попытался  их спасти. И – спас бы…Ты должен жить и за себя, и за них…

       И –жил! Не зная, что  награжден орденом Славы . Наверное, если бы знал, раны заживали бы быстрее. После нескольких месяцев излечения  осталась  хромота в правой ноге. Да и нога укорочена. Хотели комиссовать – убедил комиссию оставить в действующей армии: показал силушку! А раз сила есть – дело на войне найдётся. Оставили.  Когда прибыл в новую  воинскую часть, в красноармейской книжке  значилось: « Легко ранен  в правую ногу…». Еще в госпитале упросил  лечащего военврача сделать именно такую запись, та и «пожалела» парня. И – никто, по новому месту службы, не знал, что он был на грани жизни и смерти.

          После этого гвардии старший сержант, помкомвзвода войсковой разведки  Анатолий Лукьянчиков , со своими  боевыми друзьями,  выполнял  важнейшие,  поистине

 смертельные задания командования. Он обладал  психологической устойчивостью, в сложные моменты не паниковал. Он свыкся с мыслью, что его в любой момент могут убить.  А.П. Лукьянчиков  откровенно говорил мне:

           -Если бы я думал , как бы выжить, то уже был бы ненадежен. Мы, разведка, - глаза и уши полка. Наблюдение, подслушивание, поиск, налет, засада, разведка боем, взятие ценных « языков» - штабных офицеров и  вражеских разведчиков … Друзья мои  погибали, но в плен не сдавались – таков был закон. Для нас смерть была  ежедневной спутницей… Я, хотя и молодой был, но уже бывалый фронтовик,  до этого убивший  из орудия, пулеметов и автоматов,   много фашистов на других фронтах; а  когда впервые пошел  с группой в разведку, попал  в немецкие окопы и пришлось  в темноте убивать  ножом  в грудь первого попавшего  немца, ощутил что-то вроде шока: на мою руку потекла теплая  кровь живого человека… хотя он и был  врагом…

            Однажды ночью, при возврате из  глубинной разведки, перейдя линию фронта, Анатолий притащил к своим на спине      штабного немецкого майора.  Принес  , а он, всёзнающий « язык», – мертв:  видно, был убит шальной пулей, или своим же снайпером.Такое бывало. Выходит, немец  спас Анатолия!  Но « особист»  части вскричал:  « Я тебя – под расстрел отдам! Нам « язык» нужен живой!...» Лукьянчиков  не выдержал, и – матом!

           -Что я должен был пульс проверять у « языка»…

          

                                                                   5.

        Не расстреляли героя. Будучи во главе группы военных разведчиков, он  смог добыть, при смертельной опасности, десятки ценнейших «языков».  «Языки» помогли  нашим частям победно наступать, с малой кровью.7 февраля 45-го  Анатолий   участвовал в штурме и захвате  немецкого города Бриг; были  захвачены  большие трофеи, в том

числе 19 танков, 62 полевых орудия, 1000  автомашин и много  складов с военным имуществом. Анатолий Петрович  помнил каждый взятый  вражеский город:

          -Многие  немецкие города,  при нашем штурме, упорно сопротивлялись ( к примеру, Бреслау). Сразу  «в лоб» и не возьмешь. У нас – неудачи. Пришлось изменить тактику: стали постепенно  подавлять опорные пункты врага огнем  артиллерии - по квадратам. Выдавливали  фашистов  в центр города. При этом  наши  штурмовые группы, а их  поддерживали и саперные подразделения, быстро продвигались вперед… Немцы  сопротивлялись яростно, но вынуждены были с боями оставлять дом за домом…

          На фронте Лукьянчиков узнал, что его сестры  Наташа и  Мария , младший брат Иван тоже сражаются с гитлеровцами. А сестра Таня  выжила в блокадном Ленинграде…

                                                                    *  *  *

         3 октября 1945-го  Лукьянчиков был демобилизован, вернулся в Брянск, который спешно, по заданию Правительства СССР, возрождали из руин уже в течение двух лет

( легендарный Брянский край был освобожден от фашистов 17 сентября 1943-го). Стал и он трудиться на восстановлении родного, любимого города .   Зимой 1947-го  возил    из леса  на пилораму бревна. Дороги  забивало сугробами  -   молодых ребят и девчат  снимали со строек их чистить. Валентина работала  в «Брянскстрое» десятницей: руководила и нашими строителями, и пленными немцами - на восстановлении драмтеатра и  кинотеатра « Октябрь» И, надо же, однажды, чистя  вместе со своими  подчиненными, лесную дорогу  за Брянском, она  увидела  подъезжающий груженный  бревнами лесовоз. Машина остановилась, из кабины ловко, степенно вышел  молодой водитель, похожий на известного всему миру русского богатыря, артиста Бориса Андреева… Даже намного  красивее!.. Подходит  к Вале, здоровается, спрашивает о  дороге…Улыбчивая.  С открытым лицом. Живая-как ртуть. Глаз не оторвать. Завязался   «деловой» разговор… И –никак не мог закончиться…  В общем, и без слов понятно – это была  обоюдная любовь с первого взгляда.

           Стали встречаться. Валюша, Валентина Дмитриевна,  участвовала  в строительстве и бежицкого дома малютки, и других срочных социальных зданий. Забегая вперед , скажу: 5 лет  проработала в « Брянскстрое», потом  - почти 35-ть  во «Втормете» начальником планового отдела. Орден Знак Почета. Пять медалей за доблестный труд. Труженик тыла. Ветеран труда.

          Поженившись, живя душа в душу,  Лукьянчиковы явили на свет в 1948-м дочь Наташу; кстати, она была учителем биологии : сначала, по направлению после вуза,  3 года в Красноярском крае,   потом- 37 лет в брянских школах №54 и №3. Отличник  народного образования. Ветеран труда.

          А в 1952-м у Лукьянчиковых родился сын Владимир, ныне-  тренер-преподаватель  по физкультуре и спорту высшей категории  Брянского лицея №1 имени  А.С. Пушкина; а до этого, трудясь матросом-мотористом  торгового флота   России и Эстонии, он  побывал  во многих странах, увидел весь мир…Переплыл все моря- океаны, испытан многобальными  штормами…Ему есть что  поведать нынешним лицеистам.

         У Лукьянчиковых - трое внуков, трое правнуков.

         Дом №18 по 2-му Трубчевскому проезду в Брянске, где и сейчас проживает Валентина Дмитриевна, когда-то был  предоставлен  горсоветом двум семьям: Лукьянчиковым и Чикачевым. Чикачев, глава семьи, оказался рецидивистом-убийцей. Дважды  сидел  в тюрьме; до этого, живя в другом месте,  пытался убить свою первую жену – она выжила; убил вторую жену… Но Лукьянчиковы тогда не знали об этих злодействах  «соседа». Однажды он бросился с топором на  Валентину Дмитриевну, потом – на  Анатолия Петровича, на их детей. Лукьянчиков, бывший военный разведчик, схватил его,  связал, вызвал милицию… Это тоже был  подвиг. Гражданский. В округе воцарилось  спокойствие. Все  благодарили Лукьянчикова: рецидивиста-убийцу Чикачева осудили, приговорили к расстрелу…

          Часто,  в  Дни  воинской славы России, можно  было видеть  Анатолия Петровича со всем своим семейством в центре Брянска,  в уникальном парке-музее деревянных

 

                                                                            6.

скульптур имени А.К. Толстого. При полном параде, при орденах. Иногда фронтовики допытывались:

        - Петрович,  а чего у  тебя два ордена Славы 3-ей степени; второй -то  орден должен быть  2-й степени?

        - Да я и не знал, что меня в 44-м  наградили орденом Славы 3-й степени. Если бы тогда  ни тяжелое ранение в правую ногу, ни контузия, я бы  брал Берлин  со своей    воинской частью.  Из-за госпиталя отстал от части,  орден затерялся. А когда заслужил  в

апреле 45-го  еще  орден Славы, то  в штабе полка тоже не знали, что я уже награждался 3-ей степенью. И – снова дали 3-ю степень…  За наградами я не гонялся…  Воевал и воевал…Только в июле 1981-го, в Советском райвоенкомате   Брянска , мне  вручили самый первый мой  орден Славы  3-й степени.  А отыскал   орден-  мой сын, Владимир…Спасибо ему…

           Созидателями  духа    Анатолия Петровича Лукьянчикова были, прежде всего, его мать и отец, вечные  российские  труженики, и такие  великие люди Отечества, как А.В.Суворов, М.И.Кутузов,  Г.К.Жуков, И.С.Конев…И, конечно же, наш героический  Брянск, наши  брянские гениальные леса, поля, луга  и реки… Слагая его психологию, его  сознание, его  правду…

                                                                        Николай ПОЛЯКОВ,

                                                                         председатель Брянского патриотического

                                                                         клуба « Поле чести»,

                                                                         член Союза журналистов России.

                                                                         ns-polyakov@yandex.ru

 

*Автор опубликовал  очерки о  подвигах А.П.Лукьянчикова в газетах  « Брянская правда», «Брянский рабочий», «Ветеран»(Москва).

                                                                          

Брянск- город воинской славы.

Фотографии А.П.Лукьянчикова из семейного архива.

  • w-facebook
  • Twitter Clean
  • w-googleplus